Записки от скуки (real_brighter) wrote,
Записки от скуки
real_brighter

Category:

"На плато Тэйнгуен", глава VIII, начало

Глава VIII. Полевой госпиталь Z25

10 февраля 1972 г.



Вернувшись в госпиталь, я собрал весь его состав и вкратце сообщил о ситуации на Севере и об итогах Всефронтовой военно-медицинской конференции. Затем еще целую неделю я был занят тем, что принимал гостей, рассказывал о Севере, раздавал письма и подарки.

Некоторые, получив письма, радовались как дети, некоторые грустили, а кто-то начинал страдать от тоски по дому. Были даже письма, наполненные жалобами и упреками. Тан, начальник военно-медицинского училища не получил ни одного письма от жены, если не считать весточки от детей, хотя мы и заходили к нему домой.

Я рассказал Миню о том, как тревожится его жена, и призвал его немедленно написать домой.

Сто дней на Севере пронеслись как сон. Теперь же предстоит вновь с головой окунуться в работу.

Утром 3 февраля мы провели заседание парткома по вопросам подготовки к предстоящей кампании. Все приготовления необходимо завершить максимально быстро. Замысел кампании держится в строжайшем секрете, о нем знает лишь высшее руководство госпиталя.

Для обеспечения действий наших войск 211-й госпиталь будет разделен на две части. Первая получит название полевой госпиталь Z25 и переместится непосредственно к передовой, чтобы лечить раненых и больных. Вторая же часть по-прежнему будет выполнять функции тылового госпиталя.

Руководство госпиталем Z25 поручено мне, а также Битю, моему заместителю, и Тоану, комиссару. Доктор Тхин и Ти, заместитель комиссара, примут руководство тыловой частью.

Приближается праздник Тет года Крысы. Нам придется праздновать его, как некогда императору Куанг Чунгу: его солдаты отмечали новый год задолго до его наступления, чтобы иметь возможность сражаться непосредственно в дни Тета.

До "Дня Д" у нас есть две недели на все приготовления.

Подготовка к кампании происходит в прекрасной приподнятой атмосфере, даже несмотря на возникающие трудности - риса поступает слишком мало, танки прибыли без пушек, а 122-мм орудия - без достаточного количество снарядов.

Последние несколько дней постоянно заседают партком госпиталя, его командование и политическое отделение. Надо решить, каким образом мы можем лучше всего помочь в предстоящей кампании. Решено так: госпиталь Z25 будет состоять из трех клинических отделений - двух хирургических (32-го и 34-го) и одного терапевтического (22-го) – а также отделений рентгенологии и физиотерапии, аптеки и операционных. Штат госпиталя составит 104 человека. Наше тыловое отделение направит передовую группу, задачей которой будет наладить производство овощей на полях местного населения. К тому моменту, когда в новый госпиталь начнут поступать раненые, у нас уже должны быть овощи. Мы детально обсудили, как выращивать овощи, чтобы при этом не выдать местоположение госпиталя врагу. Огороды будут расположены среди полей местного населения и будут возделываться методами малых народов. Таким образом их легко будет принять за поля простых крестьян.

Также сформированы команды охотников и рыбаков. Им нужно будет определить, каким образом обеспечить максимально быструю доставку добычи в госпиталь.

В начале января на поиск оптимальной позиции для госпиталя была направлена группа разведчиков. 8 февраля она вернулась и доложила о результатах. Госпиталь будет расположен к югу от горной цепи Тьымомрай и в четырех днях пути от нашего нынешнего местоположения. Придется пересекать реку Сатхэй. Дорога туда ровная и хорошая, но безлюдная. Она проходит по тростниковым зарослям и почти не прикрыта деревьями.

Само место для госпиталя выбрано у подножия горы в густых джунглях. Там будет сложно рыть оборонительные позиции и укрытия.

Так как схватка будет жаркой, целый день ушел на обсуждение того, как разместить госпиталь под землей, чтобы защититься от бомб и снарядов. Мы пригласили доктора Тхюйена, который уже много лет работает в передовом лазарете и обладает обширным опытом работы у самой линии фронта. Он рассказывал, как строить и оборудовать самые разные типы бункеров: хирургические, помещения для тяжелораненых и лежачих пациентов, для лабораторных исследований, для изготовления лекарств, для легкораненых, для самих сотрудников.

Враг развернул целую операцию, в ходе которой Б-52 наносят удары по плато. Под бомбежки попали перевалочные пункты 73 и Т2, линия коммуникаций СО2 и штаб северного участка фронта. Однако жертвами вражеских бомб стали лишь деревья в лесу.


25 февраля 1972 г.

Закончилось празднование нового года по лунному календарю. Как и было запланировано, мы по "методу императора Куанг Чунга" отпраздновали Тет в двадцать четвертый день последнего лунного месяца вместо тридцатого дня, как это полагается.

Затем мы стали поочередно выступать в путь. Я покинул госпиталь в двадцать пятый лунный день (10 февраля) вместе с первой группой. В двадцать седьмой день (12 февраля) выступила передовая группа, в сочельник (14 февраля) - 34-е отделение, в первый день нового года (15 февраля) - 32-е отделение и, наконец, 22-е отделение отправилось во второй день нового года (16 февраля).

Мы выступили утром 10 февраля после праздничного застолья с руководством госпиталя. Тропа идет по берегу реки, она покрыта лужами и чрезвычайно скользкая. Несколько раз я поскальзывался и падал, а один раз даже улетел в реку. Радиоприемник, висевший у меня на шее, больно стукнул меня по груди, отчего я едва не потерял сознание. Место удара болело еще несколько дней. Ночь провели в лагере, где разводят свиней для госпиталя.

На следующее утро я отправился на командный пункт северного участка фронта, чтобы встретиться с Винем, начальником тылового управления и получить от него инструкции. Но мне не повезло. Во время празднования Тета различные командиры постоянно подливали Виню рисового самогона и напоили его вусмерть. Так я попусту потерял половину дня.

Утром, получив инструкции, я запросил некоторое имущество для нашего нового госпиталя - водонепроницаемый брезент, лопаты и мотыги для рытья бункеров, а также добился обещания снабжать нас продовольствием.

После этого я сходил в транспортное подразделение и отпраздновал Тет вместе с водителями. В полдень накануне Нового года меня пригласили на праздничный обед бойцы транспортной роты С141. У них сидел товарищ из провинции Каобанг. Он только что прибыл на фронт во главе батальона, направленного на усиление наших войск.

Президент Никсон объявил о прекращении бомбардировок на сутки, до шести вечера первого дня нового года. Мы решили воспользоваться этой возможностью и побыстрее добраться до нашей цели.

В четыре часа дня, за два часа до прекращения бомбардировок, мы добрались до Пункта 5. В воздухе кружили самолеты, с северо-востока доносились разрывы бомб. Один из транспортных солдат сказал:

- Это бомбят Пункт 6. Они пытаются побольше успеть до перемирия.

В новогоднюю ночь небо было усеяно звездами. Мы ехали вместе с группой из пяти китайских грузовиков. Наша машина оторвалась, а потом остановилась, чтобы подождать остальных. Мы прислушались, не раздастся ли шум самолетов. На каждой остановке водитель просил меня включить радио, чтобы послушать праздничную передачу из Ханоя. Мы ехали, а по сторонам проносились тени деревьев. Далеко к западу небо озаряли отблески огней на вражеских аэродромах.

Ровно в полночь все машины остановились, чтобы послушать по радио звуки новогодних фейерверков, поздравление Дядюшки Хо 1969 г. и поздравление Дядюшки Тона*. Потом началась музыкальная передача. Мои мысли были в Ханое. Я отчаянно затосковал по родным.

* Тон Дык Тханг, после смерти Хо Ши Мина занявший пост президента ДРВ.

Внезапно два помощника водителя затеяли шумную ссору из-за пропажи путевого листа и других документов. Наш путь пролегал по земле, испещренной воронками от бомб, и лесу, в котором, словно гигантские факелы, догорали огромные деревья. На вражеских позициях в районе гор Нгок Жинь Жуа и Нгок Бо Биенг мерцали электрические лампы. Время от времени в небо устремлялся осветительный снаряд, который потом медленно опускался вниз, разгоняя тьму своим ярким зеленым светом.

Грузовик ревел, преодолевая многочисленные выбоины и воронки. По обочинам можно было различить тени людей с фонариками. Это саперы восстанавливали поврежденные участки дороги.

Грузовик въехал на каменную насыпь, образующую брод через реку Сатхэй. ода под днищем шумела, как водопад.

Мы подъехали к перекрестку, который преграждал шлагбаум. Охранник указал нам на левый поворот. Это смутило нас, так как из карты, полученной в транспортной роте, следовало, что поворачивать надо направо. Тем не менее мы последовали указанию и проехали мимо новой дороги, которую прикрывали деревья и наваленные бамбуковые жерди. За нами никто не последовал. Внезапно сзади раздался крик. Позади бежал охранник, указавший нам на эту дорогу.

- По приказу, - сказал он, еле переводя дух, - вам надо было проехать немного по этой дороге, чтобы ввести противника в заблуждение. Теперь можете развернуться и ехать дальше своей дорогой.

Наш грузовик вернулся на нужную дорогу. На место прибыли лишь в четыре часа утра. Мы подъехали к складу, на котором временно распоряжались саперы, строившие дорогу. Они вынесли нам большое блюдо с новогодними сластями. За этим последовало настоящее пиршество. Мы легли спать, проснулись около полудня, а потом еще раз поели.

Оказалось, что празднование Тета по "методу императора Куанг Чунга" имеет определенные преимущества. С момента выезда из госпиталя мы успели посидеть за праздничным столом уже пять раз.

На второй день нового года я посетил место, выбранное под госпиталь, вместе с Ти, заместителем комиссара, и Камом, планировщиком из тылового управления фронта. Они прибыли сюда за несколько дней до нас.

Место располагается на крутом каменистом склоне хребта Нгок Жинь Жуа, надежно укрытое под сенью высоких деревьев. Самый главный его недостаток заключается в чрезмерной близости к складу. Если госпиталь расположен далеко от склада, то приходится тратить много сил и времени на транспортировку продовольствия. Однако если разместить его слишком близко к складу, то он окажется уязвим для бомбардировок. Большое количество грузовиков и солдат, днем и ночью приходящих и уходящих со склада, позволяют противнику легко обнаружить его. Если склад сгорит, это станет для нас настоящим бедствием.

Я обсудил с Ти, заместителем комиссара, выбор конкретной позиции для госпиталя. Мы согласились не использовать Район А, даже хотя это место и относительно ровно, в отдалении от дороги и поблизости от ручья. Вместе с тем от него до склада по прямой всего один километр.

На третий день нового года я вместе с передовой группой отправился дальше по хребту, чтобы изучить местности и определить, где разместить конкретные отделения. Пробираясь по джунглям, мы внезапно услышали хлопание вертолетных винтов, за которым последовал шум винтовых и реактивных самолетов. Где-то к северо-западу, неподалеку от нас раздались выстрелы из 40- и 20-мм орудий. В середине дня до нас добрался посыльный, который сообщил, что враг нанес удар по складу. Сгорел один грузовик, трое саперов погибли, пятеро получили ранения. Среди них трое тяжелых, их доставили в наш госпиталь.

Это были наши первые пациенты в новой кампании. Их принесли, когда мы только-только развесили гамаки в лесу. На новом месте не было еще ни хижин, ни землянок, ни бункеров.

В ту ночь Б-52 еще дважды бомбили обнаруженный склад.

На четвертый день прибыли 32-е и 34-е отделения вместе с Тоаном, нашим комиссаром. Они добирались по пустынной болотистой местности. За два дня до этого враг атаковал группу молодых солдат, направлявшихся на пополнение полка Шонми. Погибло одиннадцать человек и еще около двадцати были ранены. Доктор Тхюйен, заведующий 32-м отделением, остался в медсанчасти Шонми, чтобы помочь в лечении раненых.

Выбраны места для размещения отделений. Два хирургических отделения и операционная разместятся на внешней стороне госпиталя. 22-е, терапевтическое отделение расположится внутри, прямо на месте старой американской базы. Там уже есть готовые сооружения и мешки с песком, однако стоит опасаться остающихся мин.

Теперь все силы брошены на строительные работы. Сначала необходимо вырыть бункеры. Затем, если будет время, мы соорудим жилые хижины. Каждому отделению нужно оборудовать тридцать - тридцать пять построек и укрытий для сотрудников и пациентов. По нашим расчетам, чтобы закончить работу до "дня Д", когда в массовом порядке начнут прибывать раненые, потребуется триста- четыреста трудодней. Эти прикидки не учитывают различных непредвиденных ситуаций, например, поступления пациентов до окончания развертывания госпиталя. На фронте солдаты принесут к нам своего раненого товарища, едва узнав о нашем прибытии. Мы просто не можем им отказать.

После более чем недели работы у нас появилось достаточное количество индивидуальных укрытий. На склад поступило оборудование для отделений. Однако, каждый раз отправляясь на склад, нужно соблюдать огромную осторожность, чтобы избежать потерь.

Все последние дни в окрестностях постоянно орудуют вражеские диверсанты, даже несмотря на то, что мы передислоцировали склад, подвергшийся нападению. Днем атакуют вертолеты и истребители, по ночам наносят удары Б-52. Единственное относительно спокойное время - в районе полудня.

Теперь, когда удалось определить график вражеских действий, мы тщательно подгадываем свои перемещения. Склад начинает выдавать продовольствие и имущество в четыре часа дня. Мы стараемся быстро добежать до склада, взять все необходимое и как можно скорее вернуться, чтобы не попасть на пик бомбежек. К счастью, сейчас новолуние, и становится легче передвигаться по ночам. За эти дни нам удалось обеспечивать переноску грузов без происшествий.

21 февраля Никсон отправился с визитом в Китай. Одновременно он приказал направить в Тонкинский залив дополнительные авианосцы, разместить новые Б-52 на острове Гуам и в Таиланде и расширить боевые действия против Севера.

На всем южном фронте скрытно ведется подготовка к новой кампании. Западные радиостанции сообщили, что четыре дивизии из Северного Вьетнама проникли в район Читхиен*. Они ожидали нашего наступления на праздник Тет и удивлены, что оно не началось.

* Провинции Куангчи и Тхыатхиен-Хюэ

К 5 марта наши отделения построили практически все необходимые для работы сооружения, включая операционные, кабинеты для инъекций, помещения для аптеки, кухни. Однако за последнее время масштабы вражеских операций вокруг госпиталя значительно выросли. 29 февраля атаке подверглось место всего в часе ходьбы от нас. Противник продолжал наносить удары, пока, наконец, не остановился всего в пятнадцати минутах от нашего госпиталя. С девяти утра до четырех дня местность непрерывно утюжили истребители, штурмовики и вертолеты. 3 марта Б-52 бомбили дорогу. Всю ночь по всем окрестностям рвались бомбы.

Нам всем ясно, что нынешняя позиция небезопасна. Всего в пятнадцати-двадцати минутах от нас находятся поля и огороды, госпиталь расположен слишком близко к складу и дороге, по которой передвигается большое количество солдат. Враг обнаружил склад и пытается его уничтожить, но наши машины по-прежнему приезжают туда.

Даже несмотря на то, что строительные работы почти завершены, мы хотим обратиться к командованию с просьбой разрешить нам переместиться в более безопасное место, дальше на юг.

3 марта я отправился на склад, где был единственный в округе телефон. Нужно было дозвониться в управление военно-медицинской службы фронта, изложить ситуацию и попросить разрешение на передислокацию.

На складе воцарилась очень напряженная атмосфера. Джунгли, еще месяц назад служившие надежным укрытием, теперь совсем поредели. Тут и там лежат поваленные деревья.

Над головой раздался шум вертолета. Я и связной бросились в укрытие. Вертолет, огромный словно корабль, завис над верхушками деревьев. Его лопасти, вращаясь с огромной скоростью, создавали мощный ветер, который гнул ветки и срывал листву.

Вертолет сначала висел на месте, а потом начал передвигаться туда-сюда. Из открытой двери высунулся обнаженный по пояс солдат, красный как креветка, и стал разглядывать землю.

Мы стояли у выхода из бункера с автоматами наготове. Попасть в днище вертолета было проще простого. Однако теперь к нему присоединились еще три-четыре. А дальше в небе можно было различить пару круживших самолетов-разведчиков.

- Они не видят нас! - прокричал командир склада. - Не стрелять!

- Навалите листву на бункер! - крикнул кто-то. - Он как на ладони!

Однако никто не осмелился выбежать и закамуфлировать бункер. Казалось, что американцы ничего не видят. Шли секунды, минуты... Наконец, американцы полетели в направлении горной вершины. Мы перенесли бункер туда с подножия, когда стало ясно что он обнаружен. Вертолетный шум не стихал, но разрывов не было.

В конце концов, вертолеты улетели. Можно было вздохнуть с облегчением.

- Какие же они слепые! - повторяли мы.

Я отправился к телефону, который находился в командном бункере. Телефон выглядел словно коробка, упакованная в старый кожаный чехол. Я набирал номер, пока пальцы не начали отчаянно ныть, но ответа не было. Видимо, телефонная линия перерезана.

В полдень я пообедал вместе с сотрудниками склада, а потом прилег вздремнуть вместе с помощником по тылу и связным. Мы улеглись втроем на тесный пол бункера. Сверху свисали вещмешки, оружие, боеприпасы, котелки. Ближе к вечеру я вновь попытался дозвониться, но также безуспешно. В пять часов вечера я был вынужден сдаться - я оставил помощнику по тылу короткое сообщение и попросил при первой возможности передать его в штаб.

Вчера я ходил осматривать новое место, которое находится подальше, в двух-трех километрах от наших нынешних позиций. Местность там ровная, лес тихий, однако ручей невелик, и воды в нем немного. К моему возвращению, ответа из штаба все еще не было.

Я заволновался. Командование могло и не одобрить нашу передислокацию. Я уже намеревался отправиться в путь и доложить обо всем лично, но меня переубедил комиссар. Он заметил, что на дорогу в оба конца уйдет не менее пяти дней, идти придется в разгар вражеских налетов. Пока я вернусь, слишком много времени будет потрачено впустую. А кроме того, после перемещения мы все равно останемся в пределах отведенного для нас района.

Наконец, я решил, что 22-е отделение, расположенное на наибольшем удалении, останется на своем месте, а позиции сменят 32-е и 34-е отделения, руководство госпиталя и остающиеся отделения. Им придется начинать строительство заново.


10 марта 1972 г.

Мы переместились на новое место и за три дня оборудовали временное жилье. Закончить строительство нужно до 26 марта. Все сотрудники, включая начальника госпиталя, должны помочь клиническим отделениям вырыть достаточно убежищ для пациентов и лишь потом заняться другими строительными работами.

По прошествии месяца управление тыла начало снабжать нас свежими овощами. Его сотрудники в точности следовали плану - посадили овощи на полях местного населения и возделывали их методами малых народов. Таким образом, посадки не вызвали у врага ни малейших подозрений.

Последние несколько дней противник совершенно не проявляет активности. В небе необычно тихо. По радио сообщают, что враг атаковал провинции Хатинь и Куангбинь, нашим силам удалось сбить два самолета. Говорят, что американцы направляют подкрепления в район перекрестка границ и размещают пост на горе Нгок Бо Биенг, чтобы воспрепятствовать нашим приготовлениям.


Tags: "На плато Тэйнгуен", перевод
Subscribe

  • "Солдат Легиона", глава III, продолжение

    Через четыре часа после отплытия из Хайфона окружающий вид претерпел заметные изменения, часто стали попадаться невысокие холмы. Чем дальше мы…

  • Про иллюстративный материал

    А вот, кстати, вопрос - насколько нужны комментарии/иллюстрации/другое к тексту перевода? Всего ли вам хватает или, наоборот, что-то мозолит глаз?…

  • "Солдат Легиона", глава III, начало

    Глава III Некоторые сведения о Тонкине – Хайфон – Фуланг-Тхыонг – 2-й батальон – Восстание Йентхе – Колонна генерала Годэна – Сюрприз в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments